home
user-header
Часть последняя. Женька осталась жить, хотя пришлось изменить замысел повести. Ну, надеюсь, вы все правильно поняли))
3 февраля 2018 г., 21:59 754

                                                                                                 3

            Волчица бежала по следу. Голод сводил с ума, подгонял вперед, заставляя бежать быстрее, и терять бдительность. За два дня удалось только придавить ворону, которая беспомощно скакала по снегу, волоча сломанное крыло. Хоть что-то. Вкус теплой крови до сих пор стоял воспоминанием в воспаленном голодом и погоней мозгу. Волчица остановилась, прислушалась, чутко водя носом по сторонам. Запах косули стал слышнее. Где-то близко уже. Волчица понюхала следы от копыт. Меньше часа прошло. Она присела, подрагивая мелкой дрожью от возбуждения. Надо успокоиться и бежать дальше. Впервые за несколько дней она напала на след, уже припорошенный утренним снежком. Это хорошо. Чем глубже снег, тем медленнее косуля бежит, завязая тонкими сильными ногами в сугробах. Волчица отдышалась и побежала дальше. Зимний день короток. Надо успевать. Желтое, неяркое солнце уже присело на макушки деревьев. Волчица бежала с утра, не останавливаясь, сокращая стремительно расстояние между собой и косулей. Серой тенью она скользила по лесу, ловко обходя охотничьи угодья других волчьих семей, обнюхивая особые меты мочи на деревьях. Ей проблемы не нужны. Хотя она и понимала, что сильнее и здоровее самого матерого волка в семье. Но сейчас уже не смогла бы дать отпор. Раза в полтора выше, с мощной грудной клеткой, чало-бурая, она никогда не охотилась в стае. Только в одиночку. Когда приходила пора заводить детенышей, шла в семью, выбирала себе волка сама, и другие уже не смели подступиться. До родов держала отца детей при себе, разрешая себя кормить и оберегать. По весне рождались волчата, и она, скаля молочно-желтые крупные клыки, рыкала на незадачливого папашу, пытавшегося пробраться в логово. Когда детеныши подрастали, выводила их в лес. Сначала учила ловить мышей, потом бурундуков, потом приходила очередь зайцев. Волчата жили одной семьей, вместе резвились, вместе охотились. Аттестат зрелости мамаша выдавала после охоты на сохатого или косулю, понимая, что научила их всему, что умела сама. И навсегда прогоняла их от себя, возвращаясь к привычной жизни волка-одиночки.


            Волчица была умна, хитра и изворотлива. Если было мало еды в лесу, она не нарезала десятки километров в поисках пищи, а спокойно шла в деревню под покровом ночи, сливаясь с серыми избами и хотонами. Легко, по запаху, находила народившегося теленка,  мощными челюстями в труху разгрызала хилые засовы и безбоязненно утаскивала теленка. Мать-корову не трогала. Она выбирала именно после отела потому, что, намучившись, животное спало гораздо крепче, успокоенно чувствуя рядом своего детеныша.  На такую охоту волчица ходила только в безлунные ночи, седые и туманные. Вскоре она привыкла так добывать пищу. Не брезговала козами и курями. Засады чувствовала издалека, терпеливо дожидаясь, когда сон все равно сморит человека под утро, и практически из-под носа утаскивала добычу в лес. Она не жадничала. Брала только столько, сколько сможет съесть. Эта пища была вкуснее, и добывать ее было легче.  Она стала настоящим наказанием Господним для деревни. За зиму она уволакивала до десятка телят. И никакие меры не помогали. Волчица обходила все ловушки и капканы и временно сворачивала свою деятельность в деревне. Охотилась в тайге, как все нормальные волки. Недели на три. И когда бдительность человека притуплялась, она снова возвращалась в деревню, вынюхивая очередную добычу. А летом было вообще вольготно. На выпасе было еще проще. Тогда волчица решалась зарезать и взрослую корову или быка. Она тихо караулила в ближайших кустах, замерев, прижав уши к черепу и почти слившись с землей. Наблюдала часами. И как только ничего не подозревающее животное выпадало из поля зрения пастуха, медленно двигаясь в поисках нового сочного травяного лужка, она медленно выползала из укрытия. Максимально вдавливая тело в землю, волчица подползала к жертве, специально делая так, чтобы корова ее заметила. Заметив, та тучно и неповоротливо трусила в сторону леса, от испуга теряя ориентацию. Ну а дальше все просто. Сразу впивалась в горло, чтобы перехватить мычание. И наслаждалась, лакая багровые сладкие струйки из перекушенной артерии.

            Охоту на волчицу устраивали постоянно. Но безрезультатно. Однажды деревенские вконец потеряв терпение, после того, как она, совершенно обнаглев от безнаказанности, почти на глазах у пастуха зарезала теленка-подростка, который по простодушию и наивности отошел подальше, щипая толстыми мягкими губами последнюю, уже тронутую желтизной, траву. Серой молнией взвилась волчица из кустов, мгновенно перекусила хрупкое еще горло и, плотно сжав челюсти вокруг обмякшей шеи, легко утартала его в лес. Она сама от себя не ожидала такого. Пастух заголосил, но в лес сунуться не решился, хоть и с некоторых пор пастухов снабдили ружьями. Было решено обратиться за помощью к охотникам на волков. Собрали целое войско. Мужики из соседних деревень  охотно присоединились. Там волчица попакостила тоже изрядно. Разделились на небольшие группы по три-четыре человека и цепочкой зашли в лес. Волчица, водя носом по ветру, учуяла человека, и трусцой побежала в сторону. Села на пригорок, желтыми умными глазами внимательно уставилась в низину. Она знала, что у людей нет такого нюха, как у нее. Им хоть по ветру сядь, хоть против ветра, все равно не учуют. Наблюдала снисходительно какое-то время. Потом захотелось спать, и она осторожно, неслышно ступая мягкими подушечками лап, поспешила забраться под кустистую корягу, не заметную снизу. Свернулась клубочком и сладко уснула, не обращая внимания на стрельбу и выкрики охотников.

            Мужики вереницей растянулись по лесу, держа ружья наперевес. Лексейка сосредоточенно оглядывался вокруг, пытаясь найти хоть какую-нибудь примету, оставленную волком. Ну, хоть шерсти клок. Ему не очень везло в охоте. Пушнины сдавал мало, потому что, вроде, и угодья неплохие, а зверя мало было. И сейчас шел он, подгоняемый мыслью о награде, когда принесет он эту паршивую волчицу в деревню. Лексейка отклонился в сторону и взобрался на пригорок, чтобы оглядеться. Присел, закурил, думая свои неспешные думы. Волчица почуяла запах человека сквозь сон. Проснулась, потянула когтистые лапы и высунула башку из укрытия. На пригорке сидел человек. Совсем молодой еще. Нестрашный. Волчице стало любопытно. Она выползла из-под коряги и села, внимательно рассматривая пришельца. А у Лексейки вдруг волосы зашевелились на затылке, до такой степени ему стало не по себе. Медленно повернулся и остолбенел. Метрах в трех от него сидела Она, лениво за ним наблюдая. Матерая. Он таких даже в кино не видел. Просто огромная. Буро-серая, поджарая. И абсолютно спокойная.  Лексейка даже дышать перестал, судорожно соображая, с какой стороны ружье бросил. Он завороженно глядел ей в глаза, а она глядела в его глаза, не шевелясь. «Черт, взгляд-то какой странный. Умный какой-то, вроде. Как у человека». Волчица зевнула, и улеглась, вытянув передние лапы и не отрывая взгляда от охотника. От такого всего можно ожидать, хоть и добрый. Она это нутром чуяла. Лексейка осторожно пошарил руками возле себя, нащупал ружье и медленно потянул его к себе. Волчица насторожилась, но позы не изменила. «Слава богу, заряжено». Охотник быстро вскинул ружье на плечо, но волчица уже взмыла в прыжке над поляной и отскочила в сторону. Грохнул выстрел, вспугнув напряженную тишину и птиц. Лексейка рванул за волчицей, которая метнулась вниз с другой стороны пригорка, в овраг. Подбежав, он увидел багровые капли на пожухлой траве, но как ни вглядывался, ничего в овраге не увидел. Ушла. Но он ранил ее! Ранил Волчицу!

            Волчица забралась под куст. Задняя лапа была прострелена. А это означало рано или поздно - голодная смерть. Любопытство подвело. Надо было сразу бежать. Она обманулась в человеке. Зализывала рану и думала, как ей теперь выживать. В деревню сейчас не сунешься. Пока лапа не заживет, остается только падаль. Нога заживала быстро. Но на трех с половиной лапах волчица бегала намного медленнее. Приходилось долго выжидать, чтобы наверняка повалить добычу. Сунулась, было, в семью. Но молодые, сильные волчицы скалили на нее клыки, давая понять, что здесь ее не примут. Доказывать силой она уже не могла, поэтому удалилась, смирившись. Наступила зима. Еды стало мало. Иногда волчица обгрызала замерзшие кустики брусники, выкапывая их из-под снега, чтобы хоть чем-то наполнить желудок. Она вспоминала прошлые сытые времена и понимала, что своей беспечностью погубила себя. И вот сейчас, идя по следу, надеялась, что судьба улыбнется ей, и она догонит косулю. Неожиданно донесся посторонний запах. Волчица принюхалась. Человек. Совсем рядом. Но голод снес остатки бдительности и осторожности, и она продолжала бежать…

            Лексейка шел ходко на коротких лыжах, следом за копытцами, отпечатанными на снегу. Хорошо, что снег выпал, косуля медленно пойдет. Он радостно представлял, как принесет домой добычу, как вместе с Марийкой, они разделают тушу, а потом Марийка нажарит полную сковороду мяса и даже нальет стаканчик настойки, которую сама делала из рябины. Лексейка даже запел тихонько себе под нос.  Холодно. Морозец пробирался под овчинный тулуп, заставляя двигаться быстрее. Туман рассеялся, но было понятно, что теплее не стало, просто ветер и солнце его разогнали. Шел Лексейка по лесу и думал, как же хорошо жить. Думал о Марийке, о ее черных бездонных глазах, о том, что жизнь налаживалась, белка пошла. Даже два соболя уже взял. Катился Лексейка теперь молча. След пошел глубокий, свежий. Не вспугнуть бы. Ружье наизготовку. Въехал на полянку и замер. Метрах в пяти от него на белоснежном покрове, забрызганном алыми пятнами, рвала горло косуле его старая знакомая. Волчица! Видимо, голодная была, не замечала ничего вокруг. Лексейка ружье вскинул, прицелился и выстрелил.

            Волчица настигла косулю почти у кромки леса, на поляне. Косуля била копытом в снег, разрывая чахлые травянистые кустики. Увлеклась. Волчица медленно подползала с безветренной стороны, зарываясь мордой в снег, чтобы запах не вспугнул. Приготовилась и, отпружинив на трех лапах, рванула стрелой к косуле. Та даже понять ничего не успела, покорно рухнув, завалившись тушей в сугроб. По привычке волчица сначала жадным языком глотала багровый снег, и только потом решила приступить к неспешной трапезе. Человека она заметила поздно. Настрадавшись без нормальной еды, не замечала первые минуты никого и ничего вокруг, насыщая желудок долгожданной добычей. Выстрела она не услышала. Почувствовала лишь укол в бок, который быстро растекался по телу нестерпимой болью. Это хорошо. Спасибо тебе, человек. Лучше так, чем от голода… Лексейка приблизился к огромной серой туше, пошевелил голову лыжей, убедился, что волчица мертва, потом деловито и скоро связал обоих веревкой и, накинув веревку на плечо, потащился медленно в деревню, напевая себе под нос.

                                                                  …..                    

            Женька очнулась от комариного писка. Костер погас почти. Мутило. Сколько времени-то прошло? Ноги не чувствовала. Ущипнула себя за ляжку. Больно. За коленку. Чувствуется, но не так. Ниже коленки уже не чувствовалось. Она приподнялась на локтях, пошарила вокруг, нашла зажигалку. Села. Побросала в пепелище веток, заложила мхом и подожгла. Огонек весело принялся облизывать тонкие прутики. Женька с ужасом представляла свою очередную вылазку за водой в овраг. Но без воды нельзя. Размяла руки, здоровую ногу, набросала больше мха в костер для дыма и поползла в сторону оврага. И вдруг услышала гул, где-то высоко и далеко в небе. Вертолет! Она вернулась. Добавила в костер сухой листвы. И опять поползла к ручью. Меня найдут. Меня обязательно найдут. Я точно это знаю…Дым. Надо побольше дыма. А где волчица? Она же меня разбудила своим горячим шершавым языком. Мамочки мои! Вертолет же…

 

                                                          

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Избранное
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться
с помощью аккаунта в соц.сети
Читайте также
Включите премодерацию комментариев
Все комментарии к этому посту будут опубликованы только после вашего подтверждения. Подробнее о премодерации