home
community-header

                    
                    
Pro аккаунт
ДОЧЬ ЕВРАЗИИ
-Шмель- 5 июля 2018 г., 15:34 в Author.Ykt.Ru 518

Прибалтийская немка Улла Йохансен из Эстонии, живущая в Германии, более полувека назад начала писать о якутских орнаментах. 

…Евразия. Европа и Азия – эти два континента навсегда стали составной и неотъемлемой частью жизни нашей сегодняшней героини. В Европе она родилась, живёт и работает, а в Азии, можно сказать, хранится частица её души. Улла с ранних лет полюбила Север и людей, живущих в этих суровых краях. Госпожа Йохансен непрестанно и везде говорит: «Якутия – моя первая любовь!» Она прекрасно и чисто изъясняется на русском языке.

 

 

 

 


Улла Йохансен, или как она сама себя называет на русский манер Улла Павловна Йохансен – поистине легендарная личность, давно известная в нашем северном крае. Её научный труд, монография «Орнаментальное искусство якутов», изданная в далёком 1954 году Гамбургским этнографическим музеем, давно уже стала классическим изданием по этой теме в нашем северном крае.​

 

+++

СПРАВКА

Улла-Кристин Йохансен родилась в 1927 году в Таллинне (Эстония), доктор этнографии. После окончания Гамбургского университета работала в азиатском отделе Гамбургского этнографического музея (ГЭМ), где в 1953 году защитила диссертацию «Орнаментальное искусство якутов». Затем по приглашению перешла в Гейдельбергский университет, где от простого ассистента выросла до профессора. Йохансен с 1973 по 1990 годы являлась бессменным директором Кёльнского института этнологии. Под её руководством защитились 65 магистров, 25 кандидатов и 9 докторов. Уллой Йохансен опубликовано 10 монографий и около 200 научных статей. В 1968 году защитила докторскую диссертацию «Шаманские атрибуты тувинцев и их интерпретации» (описала 56 костюмов из фондов ГЭМ). В соавторстве с Сусанной Кнёдель выпустила монографию «Тибетские религии и шаманизм». После ухода У. Йохансен на пенсию, ей присвоили звание почётного директора Кёльнского института этнологии.

 +++

 

 

«МОЯ СЕМЬЯ – ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНАЯ!»

На долю этой очаровательной женщины, не скрывающей свои прожитые восемь десятков, в жизни выпало множество испытаний: депортация семьи в военные годы из Эстонии в Польшу и Германию, тяжёлое послевоенное время, смерть сына. Но она никогда не теряла оптимизма, веры в лучшее. Её всегда спасала работа – любимая этнография. Мы попросили Уллу Йохансен рассказать о своей семье.

– У меня поистине интернациональная, европейская семья: мой отец был по национальности датчанином, мама имела немецкие и эстонские корни. Это вполне нормальное явление в Европе. К примеру, у моего мужа где-то только 40 процентов немецкой крови, остальное – польское. У вас, в Якутии, такие люди именуются метисами или сахалярами. Я – прибалтийская немка, родившаяся в 1927 году в Эстонии. В нашей семье чаще всего говорили по-немецки. На кухне мама иногда говорила по-эстонски. Я ходила в немецкую школу. На лето, помню, уезжала из Таллинна на лето к дедушке с бабушкой в деревню на юг Эстонии. В 1939 году нашу семью, как семью прибалтийских немцев, по договору между СССР и Германией выселили в Польшу.

– Улла Павловна, а как потом ваша семья оказалась в Германии?

– В Польше моим родителям не понравилось, как немецкие власти и некоторые из местного немецкого населения относятся к полякам. Мы, сами немцы, не могли смотреть, как такие же люди плохо относились к другим лишь из того, что они были другой нации. Отец с матерью приняли решение уезжать в Германии. Так мы оказались в Гамбурге.

– Эстония находится близко к северу Европы, недалеко от Скандинавии. Может быть любовь к северу у вас зародилась ещё в детстве?

– Может быть! Я тосковала по родным местам, и чтобы унять свою печаль стала изучать культуру северных народов, тюрков.

 

«ЯКУТИЯ – ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ!»

Улле Йохансен нравятся, как оказалось, не только узоры и искусство орнамента якутов, но и музыка, культура Якутии в целом. Она уже во второй раз прилетает в нашу республику. В первый раз это произошло в 2008 году. «Якутия – моя первая любовь!» – не устаёт повторять она. 58 лет назад Улла написала свою известную книгу о якутских орнаментах и уже тогда, в далёком 1954 году хотела приехать в Якутию, но это в те времена было, увы, невозможно.  

В XIX веке многие предметы традиционной якутской культуры начали попадать в музеи европейских городов, хотя многие представители высшего света и интеллигенции на континенте тогда смотрели свысока на культуру и традиции сибирских и дальневосточных народов, в том числе и у нас в Германии. Это сегодня мы смотрим на исторические реликвии стран Восточной Европы, Дальневосточного региона, как на равные культуры с европейскими, а в те времена было всё наоборот. Хочу выделить в этой связи имя еврейского промышленника из Санкт-Петербурга Евгения Александера, который начал собирать сибирские коллекции, в том числе предметы якутской культуры. Также в Германию объекты материальной культуры якутов вывозили сами немецкие учёные и исследователи. Но они были, к сожалению, не очень содержательными. Уникальный якутский материал поставлял в нашу страну Евгений Александер. После Октябрьской революции и смерти предпринимателя, его дело подхватила супруга, ставшая, говоря сегодняшним языком, бизнес-вумен. Она переехала из советской России в Берлин, где продолжила пополнять коллекции германских музеев восхитительными изделиями материальной культуры якутов.

– Улла Павловна, а в каких музеях Германии есть якутские коллекции? Где находятся самые полные и крупные из них?

– Безусловно, крупнейшая коллекция предметов якутской культуры, одежды и посуды хранится в Гамбургском этнографическом музее, где я работала в своё время. Большая якутская коллекция также есть в музеях Берлина и Штутгарта. Менее крупная коллекция находится в музее Лейпцига.  

– А почему темой своей диссертации вы выбрали якутские орнаменты?

– Мне всегда нравилось искусство северных, тюркских народов. Их орнаменты, витиеватые линии узоров восхищали меня. Мне хотелось изучать их досконально, но, увы, в 50-е годы началась холодная война, и Советский Союз отделился от всего цивилизованного мира железной стеной. Но моё желание изучать тюркскую культуру и искусство было непреклонным. И я уехала на Юго-Восток Турции, где жила среди простых турков, наблюдала и изучала их быт, культуру и язык. А в 60-е годы я встретила первого в своей жизни якута, познакомилась с культурой этого северного народа, увидела орнаменты и была поражена их искусностью и великолепием. И стала изучать всерьёз орнаменталистику якутов.

– Когда и где вы повстречали первых якутов?

– Первых якутов я увидела в Москве в 60-е годы. Это были замечательные и общительные молодые люди, подарившие мне чорон и книгу «Красный шаман» Ойунского. Кстати, когда я училась в Гамбургском университете, нам преподавали курс якутского языка. Учили тогда нас ему педагоги, сами не говорившие на нём. Сейчас в этом вузе этого спецкурса, увы, нет. Но в Германии, я знаю точно, якутский язык преподают до сих пор.

 

«САМОГОНА В ЯКУТИИ НЕ БЫЛО!»

Улла Йохансен, как выяснилось, серьёзно изучала не только орнаменты тюркских народов и шаманизм, но и увлекалась историей самогонных аппаратов стран Северо-Восточной Азии и Ближнего Востока.

– Так как Якутия находится территориально вдалеке от основных путей миграции и перемещения людей с континента на континент, здесь долгое время люди не знали, что такое самогонные аппараты и спиртные напитки. Я изучала эту тему в своё время всерьёз. Знаю, что такие древние механизмы были найдены на раскопках в Китае, Юго-Восточной Азии, на Ближнем Востоке. Следы самогона и самогонных аппаратов археологи и этнографы мира находили буквально повсюду. Но хочу сказать, и мне это приятно, что ничего подобного не было обнаружено в Якутии. А это убедительно говорит, о том, что люди здесь не пили ничего крепче якутского национального напитка богатырей-боотуров – кумыса. И сейчас такое есть?

Увы, сегодня всё далеко не так!

– Знаю, что до эпохи Чингисхана, самогона и других спиртных напитков на территории современной Якутии не было! Арыгы появилось в этих краях намного позднее! Кстати слово «арыгы» или «араха», «арыкы» имеет древние арабские корни и весьма отчётливо показывает, откуда пошло это понятие. Ясно, что якуты в древнюю эпоху из-за своей территориальной, климатической изолированности сумели сохранить здоровый, трезвеннический образ жизни.

 

Ещё долго мы беседовали с Уллой Йохансен. Моя собеседница рассказала, в частности, что, давно разминув восьмой десяток лет, она вышла замуж за человека, с которым была знакома до этого 35 лет. Её муж Юрген Унтерманн – известный немецкий лингвист, специалист по индоевропейским языкам, эпиграфике и доиндоевропейским языкам Европы. Они стали близки после смерти от рака жены Юргена и смерти сына Уллы.

Вот такая она, бодрая, подвижная и обаятельная Улла Йохансен, любящая жизнь во всех её проявлениях! И продолжающая жить полной, насыщенной разными событиями и датами жизнью!

 

 

Избранное
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться
с помощью аккаунта в соц.сети
Включите премодерацию комментариев
Все комментарии к этому посту будут опубликованы только после вашего подтверждения. Подробнее о премодерации