home
user-header

                        
                        
Смеяться или плакать?
4 декабря 2017 г., 17:08 519

29 ноября 2017 г. в Якутском городском суде по одному «сложному» уголовному делу по устному ходатайству прокурора изменили меру пресечения в отношении моего подзащитного.

 

Свое ходатайство прокурор обосновал заявлениями и объяснениями свидетеля от 27 октября 2017 г. и потерпевшего от 07 ноября 2017 г. отобранными следователем, который проводил до этого следствие и которое было окончено ещё в июне 2017 г. С 26 июля 2017 г. идет судебное следствие. 

 

Свидетель и потерпевший в своих заявлениях и объяснениях указали о том, что подсудимый просит изменить свои показания. Хотя этот свидетель является свидетелем защиты и он был допрошен следователем по моему ходатайству. Он и так давал оправдывающие подсудимого показания. Какой смысл менять подсудимому его показания? Может быть поэтому, но суд заявление и объяснение свидетеля не принял во внимание.


 

А вот заявление и объяснение потерявшего суд принял во внимание. Хотя этот потерпевший уже был допрошен во время судебного следствия и он во время суда никаких подобных заявлений не предъявлял. Почему он заявил после своего допроса, почему заявление не зарегистрировано подобающим образом, почему заявление не предоставили сразу после 07 ноября 2007 г., а только 29 ноября 2017 г. и почему потерпевшего повторно не пригласили в суд, хотя я об этом просил?

 

В свою очередь подсудимый заявил о том, что этот потерпевший также является и его соучастником и он просил не изменять показания, а признаться в совершении другого преступления.

 

По сути предварительное и судебное следствия должны быть полными, объективными и всесторонними, но почему то, версия подсудимого не проверяется, соучастие этого потерпевшего в другом преступлении не проверяется. Все следствие и суд проводится с обвинительным уклоном. Тем более прокурор просил заключить под стражу на 2 месяца, а суд арестовал на 3 месяца.

 

Кроме того, суд вторым основанием для заключения под стражу указал возмещение подсудимым потерпевшим материального вреда и что на этом основании они не имеют к нему претензий. До этого случая я всегда был убежден в том, что первостепенная задача правоохранительных органов и суда это восстановление прав потерпевших, но я оказывается ошибался. Главное это амбиции следователя и прокурора и им не важны мнения потерпевших. Вместо того, чтобы себе как адвокату требовать деньги, он по моей инициативе возмещал вред потерпевшим, что возможно является моей ошибкой. ​

Избранное
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться
с помощью аккаунта в соц.сети
Читайте также
Включите премодерацию комментариев
Все комментарии к этому посту будут опубликованы только после вашего подтверждения. Подробнее о премодерации