home
user-header
Интервью с Леной Матвеевой
30 мая 2018 г., 08:00 3047

Помимо ведения своего блога здесь я пишу для самого лучшего журнала в Якутске - Журфикс. Редактор Яна Угарова обычно дает мне задание написать на какую-нибудь тему. В этот раз я подвязалась делать интервью. Почему-то так получается, что каждое интервью для меня особенное и отношение к своим героям трепетное. Каждый герой чем-нибудь меня учит. На этот раз мне предстояло учиться у актрисы Лены Матвеевой. 

 


 

У киноактрисы Лены Матвеевой, известной также под псевдонимом Лена Куо, более 40 работ в российском кино. Но многие узнали о ней после выхода сериала «Золотая Орда» на Первом канале. Сама Лена к такому вниманию не собирается привыкать, оберегая свой образ жизни и свои границы. Но реальная жизнь всегда интереснее, чем фильм с лихо закрученным сюжетом, где есть настоящие чувства, эмоции, Москва с её вечными уроками, а еще любимая работа. Когда удается проживать свою жизнь по собственным правилам, выбирая честность перед собой, мужество перед другими, стойкость идти до конца, то и начинается самое волшебное кино. Вот так и становятся глаными героинями своей жизни. Мне удалось встретиться с Леной в Москве и расспросить обо всех важных вещах со всей серьезностью и воодушевлением. Почитайте теперь и вы.

 

 

 

Об умении добиваться результата

 

Умение добиваться своего – это просто одно из качеств моей личности. Безусловно, я деловой человек и боец, причем боец в первую очередь, но не с людьми, а с явлениями и обстоятельствами вокруг. Есть некая задача и некие обстоятельства, которые мешают, вот именно их я и буду преодолевать.

На съемочной площадке работает 200-300 человек, с кем-то общаешься очень тесно, с кем-то не очень. Как правило, это все люди «случайные», при этом собранные в одном месте для общего дела. После проекта мы можем никогда больше не увидеться, но тем не менее архиважно найти с ними общий язык. Профессионал – это тот, кто заинтересован в результате, в том числе. Не профессионально портить отношения с гримером или костюмером, например. От них будет зависеть внешний вид, который будет в кадре, а для актрисы – это часть рабочего материала. Все люди на площадке работают на эти образы, на это кино. Просто они остаются за кадром и их труд тоже надо уважать. В бизнес-проектах так же. Каждый выполняет свою задачу, при этом нестыковок может быть масса. Если не перешагивать через эти обстоятельства и препятствия, то результата не будет. Нельзя уходить от проблемы, её надо решать.

Есть моменты, когда эти проблемы не решаемы, обстоятельства, которые выше, форс-мажор, война, ураган… Но когда всё зависит от самого человека, надо пытаться решать.

 

 

О препятствиях

 

У меня недавно был проект с фондом “Сестры”, направленный против насилия над женщинами и детьми. В начале у меня были сомнения, потому что проект сам по себе эпатажный и времени на подготовку было очень мало. Я не могла не откликнуться, когда меня пригласили туда, как актрису. Готовилась к кастингу тщательнейшим образом, изучила весь материал от и до, ведь проект был очень серьезный и рассказывал о женщине, о её природе. Так что свое участие я восприняла как личный вызов, а вызовы меня всегда как-то "бодрят".

Вдруг перед второй репетицией ошпарила ногу, но с ожогом, перевязкой поехала на репетицию. Перед третьей репетицией, достаточно эмоционально обсуждая этот проект с продюсером по телефону, нервничаю, машинально  хватаю  зубами мясо на косточке (во всем виновата моя дурацкая  привычка заедать стресс!)... и у меня ломается зуб. И смех и грех! На репетицию уже еду хромая и беззубая, уже понимая, что это препятствие возможно и является неким знаком. Чуть позже я ловлю тяжелый  грипп, который тогда в Москве косил просто всех. Лежу и думаю, что все равно не откажусь, обмажусь растирками, лекарства приму, отлежусь, с утра смогу встать и все равно поеду. Так и репетировала больная, "на ногах". В итоге за неделю до премьеры у меня начались осложнения в виде пневмонии и гайморита, а я еду на работу, ощущая себя оболочкой, железным каркасом, который держится только внешне. Организаторы мне говорят: «Лена, хотя бы просто будь». Но ведь это невозможно на сцене просто быть, когда там материал такого накала и требуется колоссальная энергия, чтобы всё это передать зрителю. Мне было безумно жалко уже отработанного материала для такого редкого проекта, но я отдала это другой актрисе. Слегла с осложнением и вдруг читаю в новостях, как сын известного режиссера перенес этот грипп на ногах и умер в больнице от пневмонии… А у меня дома трое детей! В этот момент я четко осознала: мне надо остановиться. Что я и сделала с чистой совестью, то есть надо преодолевать себя, обстоятельства, делать все возможное, идти до конца, но при этом не пренебрегать  знаками. Но и с первыми же препятствиями нельзя бросать начатое дело. Не зря говорят, что доброе дело познается по количеству искушений.

 

 

 

Об ответственности

 

Без ответственности в нашей работе нельзя. В кино есть такая штука: чем больше у тебя съемочных дней, тем больше ты врастаешь в эту семью, и если тебе с людьми некомфортно, то все будет очень сложно. Там люди собираются вокруг одного проекта, проект закончился и все расстались. Есть некое сожаление, потому что вы вместе прошли столько испытаний и куча всего должно совпасть, чтобы кино получилось. Если что-то не совпадет, то это все надо решать. Ответственность всегда зашкаливает, ведь один съёмочный день стоит колоссальных денег для производства. Из-за высокой ответственности и преданности общему делу умудряешься преодолевать невиданные квесты. Однажды, лет 10 назад, я приехала на съемочную площадку из реанимации под расписку.

 

Об отношениях с Москвой

 

У меня такое ощущение, что я живу тихой, спокойной и очень патриархальной жизнью, так как я живу в Подмосковье. У меня свои особенные отношения с Москвой, напоминающие теплые и давние отношения с человеком. При этом, каждый раз приезжая в Москву по делам, ощущаю будто приезжаю в родное место. Бывает такое, что устаю физически от машин, шума, огней, толпы, как и любой человек. Но зная Москву с 80-х годов, кажется мне удается видеть её истинную. Я чувствую её энергетику и Москва для меня – это моё место силы тоже. Она приняла меня сразу, с самого первого дня, когда приехала сюда учиться, совсем юную... Это любовь с первого взгляда.

Я уже не пытаюсь от нее отказываться, да и не получится, знаю. У меня  были попытки покинуть Москву с концами. Сначала пыталась уехать после института, несмотря на очень хорошее предложение в театре. Это были 90-е, на московских улицах не горели даже фонари. Хотелось в родной Якутск, в свой дом, к родителям, друзьям.  Собрала все вещи, книги, со всеми здесь попрощалась, пожала руки и уехала в Якутск, как и планировала. Но там в театре не нашлось для меня места. Я говорила на якутском не очень хорошо, с акцентом, и меня туда не взяли. Пришлось опять собирать чемодан и лететь обратно, потому что в Москве меня ждала главная роль в Театре им. Ермоловой и обучение на Высших продюсерских курсах, чем поначалу пренебрегла ради родины. Сейчас понимаю, что это была - Её Величество Судьба. Сегодня я снимаюсь и на китайском, и на тайском, и на вьетнамском языках…

Уже намного позже была вторая серьезная попытка, c продажей недвижимости и окончательным решением уехать из столицы, так как с появлением детей город стал мне казаться слишком небезопасным. Но Москва расширилась и меня догнала. С тех пор этот город далеко меня не отпускает. Любовь она такая…

 

 

Об умении принимать отказы

 

Получать отказы (хотя я это даже так и не называю) – это часть моей работы и они случаются постоянно. Такая вот профессия. Неважно, какая роль, большая или маленькая. На каждый кастинг приходит много людей. Сейчас в Москве очень много азиатов и даже на самую маленькую роль каждый раз надо пройти большой конкурс.

К отказам как к таковым я отношусь философски. Если мне не надо где-то быть, значит мне не надо там быть. Актерская профессия в кино – это такая профессия, где если снимают в снегах, значит ты будешь в снегах, если на море, значит актер в море. Помню своего учителя по сценическому движению Андрея Станиславовича Ростоцкого, звезду советского и российского кино, актера, каскадера. Он погиб на съёмках, будучи в расцвете сил. Для меня отказ означает, что судьба бережет, это не мое и мне не надо там быть.

 

 

О работе за деньги и гражданском долге

 

По жизни я человек скорее отдающий, нежели берущий. Чтобы я работала бесплатно, это должен быть благотворительный проект. Это для меня способ реализовать свою гражданскую позицию. Хотя есть интересные малобюджетные проекты и я могу в них участвовать бесплатно, понимая, что могу себе это позволить ради какой-то потрясающей идеи. Почему нет?

 

Об альтруизме и мечте

 

Когда мне было 15 лет, летом на каникулах подрабатывала санитаркой в больнице. Выбирала между искусством и «земной» профессией, поэтому мне захотелось посмотреть на медицину изнутри. И вот я случайно увидела тех детей на прогулке… Это было так пронзительно. Дети лет двух в одинаковых клетчатых пальто, за руку, строем на прогулке, и в этих маленьких фигурках какая-то взрослая покорность и смиренность судьбе… Я сравнила их с племянницей, которой тогда было 4 года и в нашей семье ее боготворили как "маленького Будду". Это была колоссальная разница! Даже спустя много лет эта картинка не оставляла меня. Поэтому для меня очень важно что-то делать для детей, стариков, для людей, которые в силу обстоятельств оказались за бортом. Если можешь, обязан подать руку.

 

О чувствительности

Если бы я не была чувствительной, то была бы профнепригодной. Многое воспринимаю близко к сердцу. Скорее всего с чувствительностью надо бороться в быту, в коммуникациях с людьми. Мы живем в таком мире, где нас могут случайно задеть на улице ,в транспорте, не стоит на это глубоко реагировать. А  вот на съёмочной площадке совершенно другого рода чувствительность, где работает психофизика, внутренняя память, умение управлять эмоциями, ремесло, в конце концов. Каждый должен работать над собой, для себя в первую очередь и в чем заключается эта работа является открытым вопросом для меня до сих пор… Знаю только , что этот труд на всю жизнь, т.к. человек всегда будет стремиться к совершенству. И это не линейный, простой путь . Это скорее вопрос  духовной жизни и веры.  Я до сих пор работаю над собой так же, как и учусь в профессии. У меня постоянно вебинары, тренинги, семинары. Приехав к вам на встречу, я пропустила лекцию очень известного сценариста, сейчас у меня курс… Раньше даже  чувствовала себя неудобно, это мало кто понимал. Про меня говорили: «Вот Матвеева все время учится».  Даже когда я родила ребенка, поняла, что не могу просто сидеть и пошла на курсы английского, потом пошла учиться экстремальному вождению, потом на профессиональные курсы по фототехнике, на сценарные и т.д.

 

О фобиях

 

У меня есть фобия – я до сих пор боюсь водить машину в Москве. Хоть и  проходила  курсы экстремального вождения, чувствую, что опасность никуда не исчезла. Наиболее спокойно я езжу по деревне, если сама за рулем. В такси я езжу тоже определенной, проверенной фирмы. Это вопрос безопасности. У меня трое детей и я не могу рисковать.

Москва – огромный техногенный город, где были высоки риски террористических атак и катастроф. Я не смогла перешагнуть через этот свой страх, когда дети были поменьше. Любой город со стороны приезжему человеку кажется иным, чем есть на самом деле, поэтому я живу в Подмосковье, в тихом и относительно спокойном месте. После 90-х в Москве был большой исход москвичей и я не стала исключением. И даже, несколько лет я реально жила в настоящей далекой деревне. Это сейчас называют модным словом «дауншифтинг». Но для меня это были скорее жизненные обстоятельства, трудности, вызовы, которые принимаешь. Мне как-то давно один старец сказал: «Пиши книгу»… Я не придала этому значения, но сейчас четко понимаю, что мой опыт может быть кому-то полезен. Так что вам первым говорю об этом: пишу книгу.

 

 

О ценностях

Я очень высоко ценю независимость и автономность, а те, кто имеют землю, самые независимые люди. Не очень понимаю, когда люди стесняются своих деревенских корней. На мой взгляд, все якуты тяготеют к земле, мы же все от земли, у нас не было городов в привычном понимании.  Например, в условной экстремальной ситуации, если у меня не будет денег, электричества и прочих благ цивилизации, то я выживу спокойно и радостно и детей еще накормлю. Достаточно светового дня, чтобы все дела переделать, была бы печка и вода. У меня на даче огромный огород, я сама под лопату с детьми все сажаю. Это большой труд, но и радость и отдача колоссальная. Земля – она живая, вода и растения тоже. Однажды мама, приехав ко мне, с удивлением устала считать, где и что у меня растет.  На земле приходит осознание настоящей ценности ресурсов, простых, но необходимых вещей… Ведь на самом никто не задумывается, что машина березовых дров стоит как пара средних сапог, а в средней полосе можно целой семье зиму топиться этим объемом. Я многое могу рассказать об уловках «психологии потребления». С осознанием ценности  земли открыла такие возможности в себе, о которых и не подозревала. Это чувство земли совершенно не превращает меня в чернорабочую крестьянку, я работы не боюсь, скорее наоборот- добавляет аристократизма. Неосознанная поначалу тяга к земле в конце концов обернулась тем, что я обрела знание о силе своего рода.

 

 

 

О силе рода

 

Теперь я осознаю, что мои предки всегда вели меня по жизни. Многие вещи я делала интуитивно, но когда узнала о своих корнях и раскопала генеалогическое древо до 7-8 колена с обеих сторон, было ощущение будто пелена спала и все стало предельно ясно . Со стороны мамы, Подрясовой Евдокии Никифоровны, это род Подрясовых, о котором подробно есть в изданных церковных метриках. Мой дед, Подрясов Никифор Кириллович, был головой наслега, в селе Вилючан есть улица его имени. По отцу , корни из Ленского улуса из местности Чамча от Мойокууна, сына Чамчи-основателя . Оба рода знатны и известны в своем районе.

 

Земля, дом , хозяйство – это та среда, в которой я чувствую себя также органично, как и в современном мегаполисе, хоть это и неожиданный поворот для меня самой. Все предки были хорошими хозяевами, уважаемыми и авторитетными людьми. В старину просто так главу наслега не выбирали. Вести за собой наших людей в таких тяжелых условиях не каждому доверялось, причем из поколения в поколение. От них скорее всего, мое умение организовывать  людей, проекты, брать ответственность за себя, свою семью, за  сегмент работы и за свою землю.

Вместе с тем я делаю многое, чтобы у моих детей не обрывались связи с Якутией, хоть они и москвичи по  рождению, но корни и национальный характер никто не отменял. Дочь даже была в физмат форуме «Ленский край». На каникулы кто-то едет заграницу, а мы любим ездить в Якутию. Мы встроены в нашу огромную якутскую  семью, постоянно на связи. Есть надежда, что всё это не уйдет в никуда.

 

Оригинал статьи опубликован в Журфиксе за апрель-май 2018. 

Избранное
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться
с помощью аккаунта в соц.сети
Читайте также
Включите премодерацию комментариев
Все комментарии к этому посту будут опубликованы только после вашего подтверждения. Подробнее о премодерации