home
user-header

                        
                        
Оймякон в судьбе Алексея КУЛАКОВСКОГО
16 июня 2020 г., 21:06 в Author.Ykt.Ru 2228

 

 


 

 

КРАТКАЯ СПРАВКА:


КУЛАКОВСКИЙ Алексей Елисеевич – Ексекюлях Алексей; як. Өксөкүлээх  Өлөксөй (1877-1926) – один из выдающихся представителей народа саха, основоположник якутской литературы, просветитель, философ-гуманист. Автор более тридцати поэтических произведений, в т. ч. первого в якутской литературе произведения «Байанай алгыһа» (1900), а также ряда научных работ по фольклору, этнографии, естественным наукам, экономике и т.д.  Творческой вершиной Кулаковского является поэма «Ойуун түүлэ» (1910), в которой философ  размышляет о путях выживания своего народа в эпоху глобализации.

 

  

Первая поездка Кулаковского в Оймякон состоялась в 1906 г., именно в тот период, когда он уволился с должности писаря управы Ботурусского улуса и решил серьезно заняться изучением жизни и культуры своего народа и созданием письменной литературы народа саха.
Незадолго до этого, а именно, в 1905 г. в Якутске состоялась встреча Кулаковского с оймяконскими купцами Н.О. Кривошапкиным и С.П. Готовцевым-Массака, приехавшими в город на очередную ярмарку. Скорее всего, именно тогда у Алексея Елисеевича появилось большое желание посетить далекий и неведомый уголок Якутии.

 

 

 Семен Петрович Готовцев (Массака) и Николай Осипович Кривошапкин

 

 

Но поездка в Оймякон туда стоила больших денег, тогда как финансовое состояние Алексея Елисеевича оставляло желать лучшего. Для покрытия  дорожных расходов, Кулаковскому пришлось даже взять взаймы 350 рублей. Чтобы потом не оказаться в долговой яме, 29 января 1906 г. Ексекюлях получил в управе Ботурусского улуса удостоверение на совершение торговых и подрядных актов, а 24 марта заключил договор с торговым домом «Коковин и Басов» о доставке в Оймякон за 220 рублей 10 мест кирпичного чая. Кроме того, областное управление через него отправило 5 пудов семенного картофеля, заплатив за это 25 рублей.
 

 

 


Прибыл Кулаковский в Оймякон весной, в мае. Об этом событии сохранились воспоминания  жителя Оймяконья Тимофея Гавриловича Винокурова (1882 г. р.): 

 

«…К вечеру кто-то сказал, что со стороны Ючюгея показался всадник. Когда он подъехал, никто его не узнал. Тут в окно выглянул старик Семен Массака и, хлопнув себя по коленям, воскликнул, обращаясь к старухе:
– О, приехал Алексей Кулаковский! Я с ним в городе познакомился. Очень образованный человек.
Гость, сняв шапку на улице, зашел с непокрытой головой и трижды перекрестился, после чего поздоровался за руку с хозяином и хозяйкой. Пожал руку каждому, кто находился в доме, а людей было довольно много. Рукопожатие его было неторопливым, спокойным. Затем он завел разговор с хозяином дома. Говорил обстоятельно, смеялся негромко, в основном слегка улыбался. Красивое, светлое лицо... Поражался, насколько далеко расположен Оймякон от Якутска. 
Ему пришлось в тот день преодолеть 50 верст, перевалить 4 хребта от одного поселения до другого... Попутчики после удивлялись, что Кулаковский спал очень мало. Каждый день в пути, когда останавливались на ночлег, писал до полуночи. С собой всегда носил свечу…»

 

В течение лета Алексей Елисеевич занимался делопроизводством Кривошапкина, работал в рассортировке пушнины, вёл дела наслежной управы. Эрудиция гостя, простота, скромность, внимание к каждому своему собеседнику, а также бесподобное умение петь олонхо не могли не импонировать. Восхищаясь Кулаковским, оймяконские женщины даже сочинили о нем песню:

 

 

Нос горбинкой, 
Сам кудрявый
До чего же он хорош
Писарь Кулаковский*

 

*Из воспоминаний С.И. Заболоцкого, 
перевод Л.Р. Кулаковской 

 

 

В середине августа А.Е. Кулаковский покинул Оймякон, но этот суровый и самобытный край навсегда остался в его сердце. Не раз он называл Оймякон своей любимой второй родиной, и, несмотря на сложнейшую дорогу, неоднократно сюда возвращался (1908, 1909, 1921-25).

 

 А.Е. Кулаковский с земляками

(крайний слева Неустроев Денис Петрович, в середине Тихон Дягилев)

 

 

В Оймяконе Ексекюлях занимался сбором якутского фольклора, творчеством, а во время смуты Гражданской войны находил здесь спасение. Так, летом 1922 г. Алексей Елисеевич, опасаясь за жизни своих близких, привез жену Евдокию Ивановну и одиннадцатилетнего сына Алешу (Конашу). Но долгожданная встреча с оймяконцами было омрачена увиденным: в каждом доме царил голод, истощенные люди едва сводили концы с концами. Кулаковский  сразу же выехал в Охотск и Аян за продуктами для голодающих жителей Оймякона. Вернулся обратно в 20-х числах ноября.
  

 

Кулаковский с женой Евдокией Ивановной Кулаковской-Лысковой и
сыном Алешей, 1914 г.

 

 

Весной 1923 г. он увез семью в Охотск и снова возвратился в Оймякон, чтобы в спокойной обстановке завершить свои труды. Но быстро распространившаяся весть о том, что в Оймякон приближается отряд красного командира Суворова, известного своими зверствами и мародерством, вынудила Кулаковского осенью перебраться в Таскан Сеймчанского наслега, где он находился с октября 1923 г. по май 1924 г. 

 

КРАТКАЯ СПРАВКА:


В октябре 1923 г. для ликвидации белоповстанцев и выбивания долгов у «спекулянта Габышева», в Оймякон был выслан отряд в составе 13 человек под начальством В. Суворова. Еще не дойдя до места назначения, они жестоко убили одного из своих проводников, а прибыв в Оймякон, начали бесчинствовать. Были массовые аресты, пытки, чрезвычайно жестокое отношение к местному населению, поборы и, наконец, «таинственное исчезновение граждан, например: А.В. Готовцева, Бурцева «Кыскан», Д.А. Прудецкого, И.Г. Сивцева, А.А. Посельского, С.Ф. Аянитова, И.С. Готовцева и др.». 


 

 Кулаковский со своим сыном Ясоном и  Романом Федоровичем Кулаковским 

 

Кулаковский всегда был в стороне от боевых действий. А.С. Ефимов, чрезвычайный уполномоченный по северным округам, вспоминал: «Я повторяю, что он (Кулаковский) никогда не был политиком, он был поэтом, фольклористом. Он жил для якутского народа. Он был нашей гордостью. У каждого народа есть свой Пушкин и Кулаковский. Так мы его воспринимали. Он был очень честный, преданный человек. Он не мог иначе, он действовал так, как думал…»

 

 Сеймчанскую зиму Кулаковский пережил очень тяжело, не хватало дров, теплой одежды, еды. К примеру, в дневнике поэта от 18-19 февраля есть запись: «...Была стряпка Мавра. Сильно плачет, так как собака съела мездру кожи, которую она сама рассчитывала выскоблить на пропитание…» Позже, поэт признавался что не пожелал бы даже врагу перезимовать в таком месте («Өстөөҕүм да итинник сиргэ кыстаабатын»).

 

Но, несмотря на все эти трудности, был выполнен немалый объем работ: Кулаковский составил словарь русских слов, перенятых и усвоенных якутами, систематизировал накопленный материал о якутских былинах и легендах, продолжил работу вопросам якутской транскрипции, провел подготовительные работы к изданию своего сборника стихотворений. В этот же период была написана поэма «Наступление лета» («Сайын кэлиитэ»), стихи «Песня якутов», «Новый год», «Дети острова Кыллах», «Пуночки», «Светлое будущее якутов», «Давайте, возьмемся за руку, друзья», «Песня Манчары» и другие. Как видно, Оймякон был для великого поэта еще и местом творческого вдохновения. Кстати, о том, что Кулаковский был очень дотошным исследователем, говорит один небольшой пример. Есть такое растение как кровохлебка лекарственная, почти повсеместно именуемое якутами «ымыйах». Но в Оймяконе под этим названием  имеют в виду копеечник горошковидный. Так вот, Кулаковский первым обратил на это внимание, и чтобы определить вид оймяконского «ымыйах», он даже доставил для специалистов в Якутск образцы этого растения.

 

 Фрагмент из работы А.Е.  Кулаковского «Якутские пословицы и поговорки» (1925 г.)

 

 Фрагмент из работы А.Е.  Кулаковского «Русские слова, перенятые и усвоенные якутами» (из переиздания 1979 г.)
 

В мае 1924 г. правительство Якутии для приезда Кулаковского выделило 200 рублей как «одному из лучших знатоков якутского языка, как автору ценного труда по этнографии якутов». По пути из Таскана в Якутск Кулаковский организовал в Оймяконе ысыах, объединивший всех жителей улуса. В урочище Юрях-Тёрдё (Үрэх төрдө) были установлены три коновязи, сделанные по просьбе Кулаковского мастером по дереву из Татты Василием Кыйма (Кыйма Баһылай). К сожалению, в настоящее время сохранены только два из них.

   

 

 

 

7 сентября 1924 г. в газете « Автономная Якутия» появилась заметка М.Н. Винокурова-Индигирского, где говорилось об этом мероприятии.
 

 

 

Весной 1925 г. до Кулаковского дошла новость, что 12 марта в его родном Оймяконе добровольческим повстанческим отрядом уничтожен экспедиционный отряд Э.Г. Светеца. Власти уже были готовы отправить в Оймякон карательный отряд с неограниченными полномочиями, но Алексей Елисеевич, прекрасно понимая, к каким последствиям всё это может привести, 14 мая 1925 г. написал на имя председателя Якутского центрального исполнительного комитета заявление следующего содержания:

 

«И вот, все улусы и округа очищены от бандитизма и повстанчества. Лишь один несчастный Оймяконский улус остался в распоряжении безрассудных бандитов, продолжающих разорять его. Между тем, Оймякон представляет из себя страну, весьма важную для Якутии во многих отношениях:
1)    это есть связующее звено между Охотским портом и Верхоянском, Абыем и Колымой;
2)    через Оймякон стягивалась вся пушнина по радиусам со всего огромнейшего района в один миллион верст: с Берелеха, Оротука, Таскана, Сеймчана, Кысыл-Балыктаха, Неры, Тебюляха, Момы и прочих отдаленных окраин;
3)    Оймякон сам по себе людный улус (в нем 2400 душ), и бросить их на произвол судьбы было бы несправедливо; 
4)    если оставить его в руках бандитов, то он еще долго будет служить убежищем для всех беглецов, дезертиров, рецидивистов и прочего сброда и базой для всяких антисоветских движений.
Наконец, если Академическая экспедиция найдет нужным направить одну из своих секций к верховьям великих рек Колымы и Индигирки, то она встретит нежелательный тормоз со стороны оймяконских бандитов, так как Оймякон занимает как раз все бесчисленные притоки этих рек. Весь пушной промысел и, вообще, жизнь Оймякона должна замереть при нынешнем положении там. 
По всему этому, я считаю необходимым отправить в Оймякон самостоятельную делегацию, хотя бы в составе двух лиц, с предложением мирной политики… Что касается подходящих людей для отправки туда, то думаю, таковые нашлись бы ради благого дела. Например, я был бы не прочь поехать, если бы меня сочли достойным на эту миссию и безобидно снарядили с материальной стороны. Я в Оймякон ездил 6 раз, зимовал и летовал, знаю жителей и местные условия и был не на плохом счету…»

 

 

Заявление было заслушано на заседании Президиума ЯЦИК и совет под председательством П.А. Ойунского назначил А.Е. Кулаковского председателем комиссии по ведению мирных переговоров для приостановления военных действий в Оймяконе. По рекомендации Кулаковского, в делегацию также вошел уроженец Сасыльского наслега Баягантайского улуса Иван Алексеевич Степанов, которого в Оймяконе тоже очень ценили.

 

 

 А.Е. Кулаковский среди интеллигенции Баягантайского улуса, 1925 г. (из архива Л.Р. Кулаковской)

Слева направо 1-й ряд: 1 — Василий Петрович Слепцов (брат М.П. Оторова); 2 — Петр Семенович Готовцев (Массака уола); 3 — Арсений Арсеньевич Петров; 4 — Гаврил Иванович Готовцев; 5 — Иван Дмитриевич Баланов. 2-й ряд: 1 — Иван Федорович Афанасьев; 2 — Алексей Елисеевич Кулаковский; 3 — личность не установлена; 4 — Михаил Петрович Оторов. 3-й ряд: 1 — Иаким Готовцев; 2 — Василий Терентьевич Слепцов; 3 — Николай Петрович Говоров; 4 — Григорий Кириллович Андросов.

 

 

О том, как делегация ехала в Оймякон, позже осветил в своей повести их случайный попутчик, совсем тогда еще юный Николай Заболоцкий-Чысхаан. Чтобы избежать возможной засады со стороны белобандитов, переговорщики вышли от Дыбы к Оймякону не через долины Керехтяха, Угамыта и Сунтара, как это обычно происходило, а по Ясандя, Кюбюме и Брюнгяде. 

  

 Окрестности речки Ясандя. Именно по этим местам пролегал путь А.Е. Кулаковского и юного Н.М. Заболоцкого

 

30 июня прибыв к пункту назначения, на следующий же день они созвали Чрезвычайный съезд. А.Е. Кулаковский блестяще выполнил поставленную перед ним задачу. Его авторитет, умение доводить до слушателей истину происходящих событий послужили причиной того, что повстанцы согласились на мирное решение вопроса, сложили и сдали оружие.

 

Вернувшись в Якутск, 22 сентября Ексекюлях доложил в ЯЦИК о том, что в Оймяконе все 40 человек из отряда сдались (позже 29 из них были амнистированы). Комиссия привезла с собой 9 изъятых винтовок и 2 ящика гранат. Причиной повстанчества Кулаковский назвал жестокий террор, устроенный властями. Как оказалось, отряд Светеца в северных улусах расстреливал невинных, отбирал имущество, из-за чего оймяконцы и решились на его уничтожение. Оставшихся от отряда Светеца 8 красноармейцев были отправлены в Охотск, изъятые у них товары на сумму 8292 руб. переданы потребобществу Оймякона. Но пропаганда и в те годы работала безотказно. Позже она все равно выставила всех нападавших бандитами, а Светеца и его людей сделала героями, погибшими в борьбе за установление власти  Советов.

  

 Братская могила отряда Э.Г. Светеца. Село Томтор. 

 

 

5 октября 1925 г. Кулаковский отправился в качестве одного из делегатов на Первый Всесоюзный тюркологический съезд , который должен был проходить в Баку. Деньги на командировочные расходы ему обещали выдать в Иркутске, но этого не случилось. Без средств к существованию, только до Москвы Кулаковский добирался почти три месяца. От голода у него обострилась язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки.

 

 

 

По настоянию работников постпредства Якутии в Москве он поступил во 2-ю Московскую университетскую больницу, но, несмотря на все старания врачей, 6 июня 1926 г. скончался. Похоронили поэта на Даниловском кладбище Москвы.

 

Для увековечения памяти Ексекюляха, Указом Президента РС (Я) в 1992 г. учреждена Государственная премия имени А.Е. Кулаковского. В 2002 г. в Якутске установлен памятник Алексею Елисеевичу, а в 2010 г. в целях дальнейшего изучения классиков якутской литературы при СВФУ им. М.К. Аммосова создан институт им. Кулаковского. Имя поэта присвоено также Жохсогонской общеобразовательной школе Таттинского улуса, Центру культуры в Якутске. Его именем названы улицы в Якутске, Вилюйске и в ряде сел республики. Кроме того, в честь этого выдающегося человека назван пик на Буордахском массиве хребта Черского в Момском улусе.
Память об Алексее Елисеевиче Кулаковском бережно хранится и в музеях Оймяконья. Например, одним из ценнейших экспонатов краеведческого музея с. Томтор является сундук, подаренный Ексекюляхом Анне Тимофеевне Скрыбыкиной в благодарность за её гостеприимность.
Потомки Кулаковского не раз приезжали на полюс холода почтить его память. Первым посетил вторую родину отца сын Реас. Здесь он собирал часть материала для своей книги «Аҕам олоҕо», где отразил и оймяконский период жизни Ексекюляха.

 

 

 
Позже Реас Алексеевич еще не раз приезжал в Оймякон, открыв сюда дорогу своим детям и внукам. И они всегда являются здесь самыми желанными и дорогими гостями. Оймяконцы чтят имя Кулаковского, и передают из поколения в поколение благодарную память о величайшем сыне якутского народа.

 

Приветственная речь внучки А.Е. Кулаковского, кандидата филологических наук Людмилы Реасовны Кулаковской на ысыахе, приуроченному юбилеям  А.Е. Кулаковского и Н.О Кривошапкина (село Томтор , 2017 г.)

 Внуки и правнуки Ексекюляха 

 

Без сомнения, многие труды Алексея Елисеевича Кулаковского актуальны и в наше время, что еще раз подчеркивает то, какой уникальной личностью, какой глыбой был этот человек. А завершаю пост отрывком из его знаменитого письма «Якутской интеллигенции», написанного более века назад, в 1912 г.:

 

«Селиться переселенцам некуда, кроме незначительных Ленских островов, Ноторы, Алдана, Оймякона и т. п., где может уместиться каких-нибудь 20-50 тысяч человек. Потому казна поневоле отберет у нас уже занятые земли под благовидным предлогом назначения земельной нормы в 15 десятин. Все земли (покосы, пашни, выгоны, усадьбы, леса и водные пространства) будут делиться между русскими и якутами по одинаковой пропорции и так, чтобы всего на душу досталось по 15 десятин.
Следовательно, у нас отберут и культивированные, насиженные земли, взамен которых укажут Байбалу, Басылаю, что им отведено столько-то лесу с «Халыҥ-кыыра», такая-то часть такого-то озера… Якут заявит начальству, что ему невозможно существовать отведенным количеством земли. Начальство ответит: «Земли у нас нет; живите, как живут переселенцы, и больше никаких!..». Но переселенцы нам не чета: они умеют обращаться с землей и извлекать пользу даже из плохой земли. Затем они получают, как новоселы, от казны всевозможные ссуды и пособия. Нужно принять во внимание, что начальство давало и будет давать всевозможные подачки переселенцам при наших препирательствах с ними из-за земель, ибо обратное возвращение их в такую даль обойдется Правительству очень дорого, а следовательно, и нежелательно; без того на них Правительство ежегодно тратит до 25000000 руб. Будут повторяться те же истории, которые имели место при отбирании земель у прочих инородцев, которых гнали прочь целыми деревнями и наслегами… Тогда-то мы запоем свою «лебединую песню!»

 

Пост сделан на основе статьи М.П. Бояровой 
«Оймякон в судьбе А.Е. Кулаковского», опубликованной в книге «Под небом Оймяконья» (2016)

и посвящен предстоящему 100-летнему юбилею Оймяконского района

Избранное
  • 16 июня 2020 г., 21:30
    nordisk   Пожаловаться

    Отличная, позновательная статья, уникальные фотографии!

  • 16 июня 2020 г., 21:46
    wessna   Пожаловаться

    Замечательная статья! Спасибо большое!

  • 17 июня 2020 г., 11:11
    Petr-1   Пожаловаться

    Весьма интересная статья.

  • 17 июня 2020 г., 11:31
    Zabo80   Пожаловаться

    Замечательная статья. Спасибо вам большое

  • 17 июня 2020 г., 11:35
    Fafi   Пожаловаться

    Увлекательная статья и красивый слог (если можно так высказаться)

  • Статья, бесспорно, великолепна , как и большинство Ваших постов, но почему-то в конце имеется цитата про плохих русских. Неужели нельзя было без этого обойтись? Неужели нельзя обойтись без этой дележки Саха и русских и привести отрывок из других работ, коих огромное количество?

    • Автор
      17 июня 2020 г., 12:51
      sachaja   Пожаловаться

      Добрыйдядька, спасибо, но про "плохих русских" нет там ни слова. Привел данный пример потому, что проблема в землей становится еще более актуальной, причем это по всему Дальнему Востоку. По сей день какие-либо плюшки, поблажки  власти всегда давали больше не местному населению, в т. ч. и русскому, а приезжему, например, тем же представителям промышленности и т.д.  

      • sachaja, рад что ошибся, просто там говорится об отбирании у инородцев земель, и о том, как их гнали прочь целыми деревнями. Для многих незрелых умов это прямое свидетельство того, что виноваты русские. Не каждый сейчас понимает что это все делало правительство, а не простые люди. Вообще это очень тонкая и деликатная тема. Извините, возможно я чрезмерно напряженно отреагировал, просто сейчас стало столько национализма именно в интернете, столько розни и ненависти между людьми что аж тошно становится, и видишь подвох везде.

        • Автор
          17 июня 2020 г., 13:23
          sachaja   Пожаловаться

          Добрыйдядька, а я рад, что задали такой вопрос. Ведь не исключено, что у кого-то тоже могли возникнуть аналогичные мысли. Спасибо!

  • 17 июня 2020 г., 14:37
    Андрейвич   Пожаловаться

    отличный пост

  • Очень насыщенная статья, с редкими фотографиями, много познал, из статьи , времена были, но он работал и работал, во блага народа.

  • 17 июня 2020 г., 21:57
    Risu   Пожаловаться

    Астык статья. Махтал. Мин кини репрессияламмыта диэн сылдьыбытым..

  • 18 июня 2020 г., 13:10
    Fotij   Пожаловаться

    Алексей Кулаковский - мой самый уважаемый писатель и верный сын якутского народа...

Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться или зарегистрироваться
Включите премодерацию комментариев
Все комментарии к этому посту будут опубликованы только после вашего подтверждения. Подробнее о премодерации
Обратная связь